?

Log in

No account? Create an account
Смысл красоты в искусстве - Неизвестная планета [entries|archive|friends|userinfo]
unknown planet

[ website | Неизвестная планета ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Смысл красоты в искусстве [Jan. 7th, 2016|12:01 am]
unknown planet
[Tags|, , ]

В очередной раз поговорил со своим старинным добрым знакомым из "Opus Dei" Алексом Хавардом. Расшифровка нашей недавней беседы в моей еженедельной передаче на Радио России. Скоро и видео покажем. Продолжаю развивать (свой) новый проект Неизвестной Планеты - про искусство.



Андрей Мартынов: Алекс Дианин-Хавард, гражданин мира со знанием многих иностранных языков. Его Институт нравственного лидерства функционирует в России, в США, в Китае. Тема, которую я предложил Алексу: «смысл красоты».
Каким образом разные аудитории в различных странах и в разные эпохи воспринимают то, что мы сейчас называем шедеврами искусства, будь то живопись, архитектура или скульптура.
Алекс, Институт нравственного лидерства – такое, ко многому обязывающее название.


Алекс Хавард:
У нас Институты нравственного лидерства, а не просто лидерства. То лидерство, о котором мы говорим, это нравственное лидерство, а не безнравственное. То есть не техника манипулирования людьми.

Речь идёт о том, чтобы воспитывать в человеке характер. Характер, который позволяет ему быть мудрым. Быть сильным, быть великодушным и смиренным. Стремиться к великому, служить людям, вести за собой других людей.

Нравственное лидерство – это наука о том, как стать полноценным человеком. Это лидерство, которое касается любого человека. Это не функция, это не должность, это просто способ бытия, к которому мы призываем всех людей.

АМ: Способ бытия, способ восприятия окружающей действительности. Смыслы красоты. Ты в своём институте, твои коллеги- преподаватели помогают людям распознавать красоту в общеизвестных картинах и скульптурах. Что-то новое открываете?

АХ: Я тебе скажу. Мы распространяем нравственное лидерство, но мы должны думать о том, что такое человек. Наша наука основывается на антропологии. Антропология - это наука о человеке.
Человек – это не только разум, не только воля. Это ещё и сердце. Поэтому для нас этика и эстетика очень связаны. Для нас очень важно говорить о красоте.

Мы не можем воспитывать лидеров, если мы в них воспитываем только разум и волю: не получится. Потому что сердце - первая категория в человеке. Сердце – это то, что позволяет тебе ценить добродетель, характер, добро.

Если этого нету, ты не можешь к этому стремиться. Не можешь путем воли, разума стремиться к тому, что твоё сердце не ценит. Для нас очень важно воспитание сердца человека в самом начале.

А ты не можешь воспитывать сердце человека, если ты не объясняешь ему, что такое красота и чем, каким путём красота связана с добром, с добродетелью, с характером человека.

Для нас очень важно воспитывать в человеке чувство красоты. Платон говорил, созерцание красоты окрыляет человека, так что человек может подняться выше самого себя. Для того чтобы стать нравственным человеком, нужно сначала обрести чувство красоты.

Когда ты видишь «хрущёвку»... Через созерцание «хрущёвки» очень трудно стать нравственным человеком. Через созерцание Рафаэля, «Сикстинской Мадонны», что-то происходит в душе человека, что-то поднимает его...

АМ: Обитатель «хрущёвки» может рассматривать «Мадонну» Рафаэля? Что он в ней увидит?

АХ: Равновесие здесь обязательно должно быть. Потому что бедные люди, которые живут в «хрущёвках», они в них живут не потому, что они этого хотят. Если бы у них была возможность в другом месте, они бы жили в другом месте.

Они ценят, конечно, то место, где живут. И они, конечно, способны. Но как раз те люди, которые живут в таких условиях, должны, мне кажется, про красоту читать, чтобы не забыть, что есть красота и что Бог сотворил мир красивым.

И что если мы изуродуем этот мир – это наша проблема, но человек не должен терять связь с природой, иначе он теряет связь с красотой, с нравственностью.

АМ: Рафаэль Санти, конец 15 – начало 16 века. В то время было много нищих, много больных. Продолжительность жизни была гораздо короче, чем сейчас. Но Рафаэль создал картины, которые считаются эталонами и сегодня, в 21 веке, когда люди летают в космос, придумали атомную бомбу, и все разговаривают по мобильному телефону с Австралией, находясь где-нибудь в Канаде. Что такого в Рафаэле «Сикстинской Мадонне» ты видишь сегодня? К чему хотел бы привлечь внимание слушателей своего Института нравственного лидерства?

АХ: Ты знаешь, когда я смотрю на картину "Сикстинской Мадонны" Рафаэля, что я вижу? Я вижу естественность, богочеловечество. Я вижу Бога, который стал плотью. Я вижу настоящее человечество.

Я вижу человечество в совершенном виде. И это, конечно, потрясает меня. На самом деле, потрясло это не только меня. Подумать только о великом нашем философе и богослове, отце Сергии Булгакове, он был марксистом в своё время , оказался в Германии в Дрездене…


Сергей Булгаков, русский философ, богослов, 1871-1944

АХ: У Сергея Булгакова такая история, он был сыном священника, но он отказался от религии, как многие дети священников в конце 19 века, стал почти революционером, стал марксистом.

Он даже книги писал о марксизме. Был убеждённым марксистом. Но в один день, когда был в Германии, ещё будучи марксистом, он всё-таки пошел в Дрезденскую галерею, чтобы посмотреть, что там есть. И там он увидел Сикстинскую Мадонну. И - он описывает свои эмоции, насколько... - почти упал в обморок, встреча с красотой.

Он описывает, как встречу с Богом. Он всё понял. У этого человека было конечно, очень глубокое чувство красоты. Сердце было уже воспитано, хотя был марксистом.

Но когда он посмотрел на эту картину - что-то очень сильное с ним произошло, вроде обращения. И этот человек стал христианином.

Как ты помнишь, он стал писателем, стал философом, и в 17-м году он принял первосвященство и стал хорошим другом Флоренского. Помнишь эту картину "Друзья", очень известная, там Флоренский вместе с Булгаковым, 1917 год.


М.Нестеров, "Философы" (1917), Третьяковская Галерея, Москва

Так что, человек обратился к Богу и понял, что он идёт по ложному пути, просто потому, что он увидел красоту перед глазами.

АМ: Это исторический контекст, история конкретного философа. В 21 веке «Сикстинская Мадонна» для современных людей, для молодёжи: что там?

АХ: Это зависит от того... Ты знаешь, эстетика и этика, они все-таки связаны между собой. Это значит, что когда у тебя нет никакого нравственного чутья, можно сказать, что никакой эстетики в тебе нет.

Нравственное чувство влияет на эстетическое чувство. И эстетическое чувство влияет на нравственное чувство. Так что, если в человеке нет нравственного чувства, ему очень трудно понять эстетику. Но если в нём есть эстетичные чувства, он, в принципе, поймёт нравственность.

Но быдло, конечно, смотрит на это, и быдлу это ни о чём не говорит. Это точно. Нравственность, этика и эстетика, это, как мы говорим, трансцендентальны.

Красота... - это качество Бога. Красота, добро в бытии. Вот это такие вещи, которые, на самом деле, на уровне Бога. Это одно и то же. Ты их не можешь отделить друг от друга.

АМ: Так от чего ты отделяешь быдло от не быдла? Быдло не виновато, что оно живёт в рабских условиях и вынуждено трудиться с утра до вечера на конвейерах, принадлежащих миллиардерам.

АХ: когда я говорю «быдло», я имею в виду нравственное быдло. Я стараюсь смотреть на все с точки зрения нравственности. И поэтому нравственное быдло – это может быть миллиардер.

"Быдло" для меня не социальная категория. Это метафизическая категория. И среди миллиардеров быдла очень много.

АМ: «Сикстинская Мадонна». Уровень образования - может ли образование трансформировать восприятие одного конкретного человека на протяжении его жизни? Вот он учится в школе, вот он становится студентом, вот он идёт на работу, вот он женится... И его восприятие? Своё собственное «Сикстинской Мадонны» Рафаэля можешь вспомнить?

АХ: Моё восприятие?

АМ: На протяжении твоей жизни.


Рафаэль, "Сикстинская мадонна" (1513), Галерея старых мастеров, Дрезден

АХ: Конечно, когда я был ребенком, я мало понимал. Искусство не очень
много влияло на меня. Это связано с тем, что не так быстро созрел. Я всегда был практически последним в классе. Предпоследним: последним был мой друг.

Так что я искренне должен сказать, что я не очень много интересовался искусством. Со временем, когда нравственное чувство стало развиваться во мне…

АМ: Сколько тебе было лет?

АХ: Наверное, 13-14. Тогда я стал немножко интересоваться красотой и
искусством. Я даже помню, что я рисовал. Я не художник, и понял это давно. Я писатель, я преподаватель, но я не художник, это точно.

И всё-таки я очень любил картины писать. Так что с этого времени, когда уже стало развиваться нравственное чувство, стали развиваться и эстетические чувства.
Смотри: музыка. Есть музыка, которая тебе нравится и не нравится. Но ты не можешь говорить: вот это – нехорошая музыка.

Конечно, есть тип музыки, ты понимаешь, что это нехорошая штука, это безнравственная вещь. Есть люди, которые производят такую музыку только для того, чтобы влиять на людей, совсем не для того, чтобы их возвышать. Это мы знаем.

И есть коммерческие интересы, есть идеологические интересы, в этой сфере очень много безнравственного. Но любой человек должен воспитывать в себе эстетические чувства, если он хочет развивать в себе нравственное.

АМ: Алекс Хавард, основатель Института нравственного лидерства.
Микеланджело, Давид. Знаменитая фигура. Огромная. Красивый молодой человек, обнажённый, стоит, загадочно смотрит, с пращой на плече. Все знают эту фигуру. И что там можно обнаружить, кроме пропорций здорового молодого человека?


Микеланджело, "Давид" (1504), Академия, Флоренция

АХ: Взгляд. Его взгляд уникальный. У него взгляд великодушного человека, нравственного человека. Это уникальная вещь. Этот художник, Микеланджело, смог описывать нравственные качества человека своим искусством. Я не думаю, что многие могут это делать. Не думаю. Ты смотришь на лик Давида - ты видишь нравственность.

Ты видишь не только красоту человеческую, ты видишь нравственность, взгляд. И направление взгляда, что-то возвышенное. Ты видишь волю, разум, то есть мудрость.
Ты увидишь великодушие, веру. Полноту человеческой природы. Ты многое увидишь. Здесь гений. Гений через красоту описывает ещё и нравственность. Вот что нам нужно сегодня.

Когда люди снимают, скажем, кино, они должны постоянно об этих вещах думать, и я думаю, что они думают, если они не идиоты.

Если они хотят воспитывать нравственность, они должны постоянно думать об этой связи между эстетикой и этикой. Эстетика должна привести к этике. Иначе она бессмысленна. Зачем показывать красоту, если ты ничего не даёшь людям, кроме снобизма?
«Я понимаю эту картину»? Я не могу терпеть, когда человек мне говорит: «А я эту картину понимаю».

АМ: "Я так вижу".

АХ: А я говорю: «Эту картину ты понимаешь? Мне все равно, что ты её
понимаешь
. Что эта картина тебе даёт в термине нравственности, в терминах духовного взлёта?» Если эта картина тебе ничего не даёт, твоя наука - чистый снобизм. Твоя наука не воспитывает тебя, не возвышает тебя. Твоя наука ни к чему. Она тебе ничего не даёт и людям ничего не даёт.

АМ: Леонардо да Винчи. «Портрет Моны Лизы». Толпы туристов из
разных стран мира стоят в Лувре и рассматривают Мону Лизу, которая уже есть на обёртках шоколадок, на обложках... «Мону Лизу» все знают. Что это такое?

АХ: Ты знаешь, я в Париже воспитывался. Я «Мону Лизу» помню, это было очень давно. 40 лет назад. Она мне ничего не говорила. Я смотрел на неё и ничего не понимал. Почему считают её образцом красоты?


"Леонардо да Винчи, "Мона Лиза" (1503), Лувр, Париж.

Я не понимал. Она никакого нравственного особенного чувства во мне не воспитывала. Я ничего не чувствовал. Я понимаю, что можно смотреть на эту картину чисто с технической точки зрения и говорить: вот это искусство настоящее. Но если это искусство мне ничего не говорит в терминах нравственности…

АМ: Были ли у тебя знакомые, которые пытались объяснить, в чем гений «Моны Лизы»?

АХ: Да, наши преподаватели в школе. Они старались разумно нам объяснить то, что мы должны сердцем понять. Получается крах абсолютно. А мы – дети, мы смотрели: «Да, да, да».

АМ: Эль Греко. «Кающаяся Магдалина». Тоже женский портрет, хотя про «Мону Лизу» говорят, что это не совсем, может быть, и женщина, но как бы то ни было.
«Кающаяся Магдалина» Эль Греко? Как здесь?

АХ: Да. Что ты видишь, когда смотришь на эту картину – ты видишь
сокрушение сердца, видишь покаяние. Видишь человека, который очень любил Христа. Который переживает свой грех, который хочет подняться. Который, прежде всего, ощущает, переживает милосердие Божие, потому что Бог простил ей её грехи.


Эль Греко, "Кающаяся Магдалина", (1585?), Музей "Кау-Феррат" в г.Сиджес, Испания (Cau Ferrat Museum)

Ты видишь, когда смотришь на картину, что вот эта девушка, она переживает, конечно, милосердие Божие, то есть прощение. Бог простил ей грехи. Потому что она много любила.

И всё это отражается в этой картине. Поэтому это - великая картина. Это картина не о Магдалине, а о радости прощения. Это картина о радости быть прощённой. О радости божественного милосердия.

АМ: Те смыслы, которые ты сейчас описываешь в картине Греко
«Кающаяся Магдалина», доступны только христианину? Атеист или мусульманин, или буддист сможет ли воспринять на твоём эмоциональном или духовном уровне?

АХ: Конечно, потому что можно объяснить простыми словами, что вот эта
женщина была грешница. И, с другой стороны, Бог Иисус её простил, и она ощущала это прощение всю жизнь, и она жила на основе этого прощения, этого милосердия. Я думаю, что любой человек, верующий в Бога и в прощение, это понимает.

АМ: Вне христианского контекста. Буддист, который не слышал ничего про христианство и не знает, кто такой Иисус Христос, если он увидит эту картину?


Эль Греко, "Кающаяся Магдалина" (1577), Музей изящных искусств, Будапешт

АХ: Люди разные. Я думаю, что люди разные. Марксист, атеист, посмотрел на Сикстинскую Мадонну и стал верующим. Так что буддист, который не верит в Бога-Творца, а верит, что всё есть Бог, он будет воспринимать немного по-другому. И я это понимаю прекрасно.

Но я уверен, что красота эта объективная, она может только поднимать, возвышать доброе, искреннее сердце. Сердце буддиста, христианина или мусульманина.

АМ: Алекс Хавард, основатель Института нравственного лидерства.
Сейчас происходят разные события в разных странах мира и разные молодые люди крушат, уничтожают то, что считалось последние 200-300 лет шедеврами архитектуры. Если мы берём Ближний Восток, уничтожение вот тех самых памятников, которые считаются в большой части цивилизации выдающимися сооружениями. Ты понимаешь импульс этих людей? Тех людей, которые отдают приказы?

АХ: Страшно не только то, что уничтожают памятники. Люди, которые оскверняют, уничтожают, подвергают других пыткам - вот это страшней всего. Как это объяснить? Какие-то бесовские силы.

У нас во Франции были свои бесы во время Французской революции, в России были тоже свои бесы во время нашей Октябрьской революции, в Штатах есть сейчас бесы - американское правительство. Там тоже свои бесы.

И на Ближнем Востоке тоже есть свои бесы. Так что бесы есть, к сожалению. И они есть, потому что мы, христиане – спим. Мы, христиане, не живём как христиане.

Бесы сами по себе не размножаются. Бесы размножаются там, где христиане уже не являются солью земли. То есть проблема эта - не злые какие-то люди, проблема – это добрые люди, которые недостаточно добрые. Это проблема нашего общества, цивилизации. Это сонливые, спящие христиане. Так что я не хочу говорить, что вот они злые люди, вот они виноваты.

Я думаю, что мы должны смотреть на себя самих и понять: виноваты мы. Это мы не
делаем своё дело. У многих людей есть энергия, чтобы делать зло. А у христиан, кажется, нет энергии, чтобы творить добро. Вот драма нашей цивилизации. Это не другие виноваты в том, что происходит в мире. Это же мы, христиане, не ведем себя как надо. Я убеждён в этом.

Великодушие - великое качество человека. Великодушие - это добродетель человека, который стремится к великому, который знает, что он может что-то делать.

И поэтому великодушный человек страдает не только в том, что он грехи совершил. Страдает, прежде всего, в том, что он что-то не делал. Он не боится ошибок своих, он боится бездействия. Потому что он понимает, что он призван к действию, а он ничего не делает. И ему это страшно: он упускает возможность действия.

Проблема христианства чаще всего состоит в том, что мы не смелы, не мужественны, мы не великодушны. Это потому, что мы не понимаем смысла смирения.

Мы считаем, что смирение – это бездействие. Тогда как настоящее смирение – это привычка жить в истине. А истина нам говорит, что мы – дети Божии. И что поэтому мы должны мечтать, как Бог, отец наш, мечтает. Поэтому мы должны быть предпринимателями, мы должны веровать, мы должны быть доверчивыми, и мы должны идти вперёд по жизни. Так что смирением...

Я бы сказал, спокойное смирение, которое заставляет человека оставаться на своём месте – это не смирение, это малодушие.
Это проблема, которую я вижу во многих людях, которые не знают эти понятия: смирение, великодушие, малодушие, гордыня. Они всё путают.

АМ: Или по-другому понимают.
LinkReply